Властелин Времени

Автор - Трефилов Дмитрий
(Отрывок из книги "Мастера Иллюзий или реальные инструменты управления собственной жизнью")

- Антон! – мать решительно встала в дверном проеме, перекрывая ему дальнейший путь к бегству. – Ты куда это собрался, на ночь глядя?

- Мне срочно надо к ребятам заскочить, - неуверенно начал Антоша, заранее предугадывая негативную реакцию матери на свои слова.

- К ребятам! Срочно! Вы посмотрите на него. А то, что я тебя просила сделать, сделал?

- Нет... Но сделаю... Позже.

- Когда?

- Завтра… нет, послезавтра, - Антон осторожно втиснулся в щель между матерью и дверным косяком. – Сделаю, мам.

- Я уже устала от твоих обещаний, - на удивление мать не стала применять силу для того, чтобы остановить дальнейшее продвижение Антона к двери, а, напротив, отошла в сторону. – Когда наведешь порядок в своей комнате? И розетку в спальне собирался починить.

- Помню, - зайдя за ее спину, Антон остановился и медленно развернулся. – Мне очень хочется успеть все, мама. Очень. Но у меня есть одна проблема.

Брови Светланы Сергеевны удивленно взлетели вверх. Сын сделал многозначительную паузу и, глядя матери в глаза, театрально отчеканил:

- В моей неделе… всего семь дней.

- Вы только посмотрите на него! - мать развела руками. – А у меня, что, значит, семьдесят?

- Не знаю, - Антон подошел к выходу, сунул ступни в черные лаковые туфли, и, расправив задники ложечкой для обуви, принялся завязывать шнурки.

Светлана Сергеевна встала рядом и тяжело вздохнула, наблюдая за торопливыми приготовлениями сына. Укоров, которые тот, спрятав глаза, с затаенным страхом ожидал от нее, произносить не хотелось. Напротив, возникло желание хоть что-то придумать, что могло бы приободрить его, помочь. Если бы Антон посмотрел сейчас в глаза матери, то прочел бы в них лишь смесь тревоги и гордости, а никак не осуждение. Ведь гордиться действительно было чем. 

Антон Васильев, ее первенец и единственный сын рос красивым, сильным, умным и очень уверенным в себе мужчиной. Окончив школу с золотой медалью и поступив в университет на юридический, он не стал останавливаться на достигнутом, как сделало бы большинство других ребят на его месте. Всего через год сын успешно сдал еще одни вступительные экзамены, теперь уже на экономический факультет. Никто из их знакомых не решился получать два образования одновременно. А он решился, причем самостоятельно, без каких бы то ни было уговоров со стороны родителей. Но и это не все. Игра в КВН, участие в общественной жизни ВУЗа, масса увлечений от игры на гитаре до шахмат. Сын радовал отца и мать, буквально, каждый день.

Однако, в последние несколько недель, то ли устав от колоссального напряжения, то ли просто нахватав лишнего, Антон стал не успевать делать все. То забудет что-то, то опоздает. То, желая выглядеть хорошо, пообещает заранее невыполнимое, то откажет в малости, боясь не сделать вовремя. Чем дальше, тем больше. Ему бы отдохнуть, как советовала мать, расслабиться, но он, будучи довольно самоуверенным парнем, попытался решить проблему иначе - путем концентрации сил. В результате лишь сильнее устал. Оно и понятно, с течением времени дел не становится меньше, напротив, те, что уже и так имелись, разрослись в геометрической прогрессии, присоединяясь к его новым увлечениям. А ведь их и в начале было не так уж и мало.

- Во сколько будешь? - Светлана Сергеевна попыталась задать вопрос мягко, без каких бы то ни было претензий, но Антон вздрогнул.

- Не знаю, мам. Я действительно не знаю. Может в одиннадцать.

- Хорошо. Антоша, - она посмотрела на сына с сочувствием, - Ты… ты бы сходил к деду, а? Поговорил с ним. Кто, как не он сможет помочь тебе разобраться с ворохом проблем?

- Да, ма… Да. Наверное. Если будет время, - рассеяно чмокнув мать в щечку, Антон неуверенной походкой вышел за дверь.

Через пять минут он заскочил в полупустой троллейбус и, не найдя свободного места, протиснулся сквозь жидкие ряды пассажиров к окну. Здесь в надежде на сквозняк, дующий из открытой форточки, он замер, приготовившись к долгой и нудной поездке. Дребезг метала, свист проезжающих мимо автомобилей, надрывный гул двигателя, шелестение рогов троллейбуса по проводам и шипенье бьющего из форточки ветра – привычный фон для вынужденного отдыха и размышлений. Показав кондуктору студенческий билет, и, дождавшись подтверждающего кивка, Антон погрузился в размышления.

Дедушка. Пожалуй, самый любимый для Антона человек на свете. С самого детства никого он так не обожал, как его. И дед отвечал ему взаимностью. Как же он соскучился по нему! Они не виделись уже месяца три-четыре, а то и все пять. Лишь случайные звонки: «как дела?», «нормально, а у тебя?», «тоже, почему не заходишь?», «некогда все», да приветы, переданные через третьи лица. То сессия, то масса общественной работы, то подготовка к межвузовскому конкурсу КВН – дела снежной лавиной увлекали его, лишая возможности остановиться, подумать, отдохнуть. Гонка, гонка, гонка. Сначала добровольная, затем все большее количество людей стало смотреть на него, как на фаворита и ожидать все лучших результатов, стимулируя к новым порывам. И тут уже не до спокойных разговоров за чаем. Не подвести бы ребят, тех, кто верит в тебя, тех, кто равняется на тебя и зависит от того, успеешь ли, сможешь ли ты. Жизнь в постоянном цейтноте. А ведь еще недавно они с дедушкой были «не разлей вода». Общались при каждом удобном случае. Все выходные Антоша проводил у них дома и даже, возвращаясь со школы, очень редко упускал возможность навестить любимого деда. Предпочитая его общество всему, мультикам, книгам и даже общению со сверстниками. 

Сначала дедуля был для него просто добрым волшебником. Он играл с ним, баловал, окружал заботой и вниманием больше, чем кто бы то ни было, больше даже, чем родители. Затем стал основным источником информации об окружающем мире. Антон не мог вспомнить, чтобы тот когда-нибудь не ответил на поставленный вопрос. С примерами, вариантами, исключениями из правил. Какой бы вопрос не был задан, вплоть до совсем, казалось бы, примитивных, типа: «Почему небо голубое, трава зеленая и где находится конец света?». А если все-таки ответ был неполным, дед разбирался и позже сам возвращался к данной теме.

Когда Антоша повзрослел, то с удовлетворением узнал, что авторитет его дедушки, Сергея Викторовича Иваненкова велик не только для родного внука, но и для многих, казалось бы, совершенно чужих людей: соседей, знакомых, знакомых этих знакомых. Еще бы, известный на всю страну писатель, автор девятнадцати книг, один из лучших психологов в городе, удачливый бизнесмен и просто мудрый человек, как такого не уважать? И самое интересное, вдруг осознал Антон, ведь успевал же он все: и пообщаться с внуком, и написать книгу, и проверить дела в бизнесе и побеседовать с людьми, ищущими совета. Не говоря уже о чтении книг, просмотре фильмов и еженедельном чаепитии с друзьями.

- Остановка «Улица имени Горького», следующая…, - прозвучал металлический голос из динамика и Антон Васильев, встрепенувшись, внезапно бросился из троллейбуса, едва не попав в тиски закрывающихся дверей. Двери запоздало раскрылись, но уже через мгновение водитель, убедившись в окно заднего вида, что с парнем все нормально, снова их захлопнул. Троллейбус постепенно, дуясь от напряжения, начал набирать скорость. Несколько секунд Антоша провожал его задумчивым и растерянным взглядом, затем махнул рукой и, развернувшись, пошел прочь. Все равно на встречу к ребятам он не успевал, а тут до дома дедушки всего пять кварталов. Мама права, пора зайти в гости.

Волнуясь по поводу предстоящей встречи, Антон быстро миновал первые три квартала, затем снизил скорость, внезапно сообразив, что без отговорки по поводу долгого отсутствия лучше к деду не появляться, не стоит обижать старика. Что бы такое придумать? Впрочем, придумывать особенно и нечего – правды вполне достаточно для оправдания. Учеба и общественная работа забирают так много времени, что на отдых и личную жизнь не остается ничего.

Осторожно постучав в дверь, он сделал шаг назад и затаил дыхание, ожидая встречи с родными стариками. В ушах начало слегка гудеть, а в висках стал отчетливо чувствоваться пульс. Послышались неторопливые шаги, щелчок в замке и дверь медленно открылась.

- Антошенька, зайчик мой, это ты! – радостно всплеснула руками бабушка Люда и вышла ему навстречу для объятий.

Бабушка Люда любила внука ничуть не меньше, чем дед. Может, разве что, по другому. Более нежно и по-женски, выражая свою любовь в заботе о внешнем виде Антоши и его самочувствии, а не в общении и вмешательствах в его жизнь. Времени она проводила с ним гораздо меньше, чем дед, но с детства Антон постоянно ощущал ее любовь. Когда в вовремя отглаженных брюках, когда во вкусно приготовленном обеде, пирожках, завернутых в теплоизоляционные пакеты и аккуратно уложенных в портфель.

- То-то дед обрадуется, когда увидит тебя, - выпустив из объятий внука, произнесла она и, умиленно улыбаясь, окинула его с ног до головы изучающим взглядом. – Ты что, похудел что ли, Тоша?

- Не знаю, может быть. Как у вас дела-то, бабушка?

- Да что нам сделается? Хорошо, конечно. Ну да ладно, - она понимающе кивнула, – деда, небось, хочешь увидеть? Знаю. Ну, так беги, он там, в саду, в чайном домике. Друзей принимает. То-то будет рад.

- Я еще заскочу к тебе, бабуля, - чмокнул ее в щечку Антон и, помахав рукой на прощанье, побежал внутрь двора.

Чайный домик находился в самом конце сада, скрытый под тенью ветвистых яблонь и черешен, припрятанный от посторонних за непривычно высокими для этого дома заборами. Маленький, аккуратный, выполненный из какого-то легкого, тонкого и полупрозрачного материала, он занимал совсем немного места, с первого взгляда ничем не выделялся, но был при этом одним из самых любимых и красивых мест не только по мнению Антона и его дедушки, но и по мнению большинства друзей. Здесь можно было собраться и, потягивая свежезаваренный чай, беседовать на разные темы, или посвятить время размышлению и созерцанию. Антон никогда не понимал, в чем заключается магия этого места, но чувствовал ее всей душой.

- Дедушка, - тихо позвал он.

- Антон? Антоша! – из чайной немедленно вышел невысокий, седоватый старичок с сияющим видом и, вытянув руки для объятия, пошел ему навстречу. – Ну, наконец-то! А я уж думал, что ты совсем забыл старика.

- О чем ты, деда! Я просто закрутился в делах…, - начал оправдываться тот, но был прерван протестующим движением руки и крепкими объятиями.

- О делах позже! Проходи, - мягко произнес тот и, наклонившись, чтобы втиснуться в нарочно низкие двери чайного домика, скрылся внутри. Антон последовал за ним.

Внутри дедушка был не один. Его давнишний друг и соратник во многих делах деда Леша сидел возле самовара в позе лотоса и о чем-то размышлял. Пустая чашка стояла рядом, чуть правее, а слева на тонкой фарфоровой тарелке был щедро рассыпан изюм. Заметив вошедшего, Алексей Александрович встрепенулся и, радостно улыбаясь, протянул в приветствии руку.

- Здравствуй, Тошенька, - произнес он звонким голосом. - Как дела? Как учеба? Рассказывай.

- Хорошо дела, деда Леша. А как вы? Как бизнес? – ловко перенял манеру разговора Антон.

- Что такое? – брови старика взлетели вверх. – Ты никак стал интересоваться бизнесом?

- На втором курсе экономического факультета учусь, - пожал плечами парень и усмехнулся. – Пора бы уже.

- Да, да. Это верно, время идет, - все так же просто согласился Алексей Александрович и жестом предложил молодому человеку сесть.

Сергей Викторович поставил перед внуком небольшую чашку и налил в нее до краев чай. Воздух немедленно заполнился ароматом вишни. Старики оживились, следом чашей Антона была заполнена и их посуда. Дед Алеша выдвинул на середину мнимого стола тарелку с изюмом и вобрал в легкие порцию ароматного воздуха.

- Какой запах! – восхитился он и придвинул чашку чуть ближе к себе.

Все сделали по глотку и прикрыли глаза, в попытке сосредоточиться на ощущениях. По предыдущему опыту Антон знал, наступило время тишины, а значит больше никаких слов, из звуков допускаются лишь шум кипения, плеск наливаемой воды, блаженные вздохи и восхищенные причмокивания.

- Антошенька, - лениво произнес дедушка Леша через несколько минут, - расскажи мне как у тебя дела. А то Сергей Викторович совсем перестал рассказывать мне о тебе. Лишь о сестренке твоей хвалится, а о тебе молчит, не выпытаешь у него ничего.

Сердце Антона кольнула ревность и обида. Похоже, сестренка начала занимать в жизни деда то место, которое раньше безраздельно принадлежало ему. И все из-за того, что он не появлялся пару месяцев? Бросив украдкой взгляд на дедушку, Антон тяжело вздохнул. Лица стариков были доброжелательными и, он даже сказал бы, сияющими. С ними всегда было так спокойно, так легко.

- Устал я, деда Леша, - выдавил он измучено и снова бросил взгляд на Сергея Викторовича.

Как странно звучит слово «Устал» в присутствии этих пожилых людей, отметил про себя Антон. Словно что-то инородное, искусственно привнесенное злой волей в этот гармоничный и неторопливый мир. И, похоже, что это твоя воля, грустно добавил он.

- И отчего же ты устал? – мягко вмешался в разговор дедушка.

Антон задумался. Продолжать разговор было очень трудно, не хотелось, но он чувствовал, что делать это необходимо. Прежде всего, для него, но не только - глаза стариков светились интересом. Они готовы были слушать, не боясь развеять уют и безмятежность чайного домика. Поэтому, он выдавил:

- Ты всегда учил меня дед, что верить надо только в то, что делает тебя сильнее, - Сергей Викторович кивнул, - и я всегда верил в это. Только в это. Я брал одну вершину за другой, одно препятствие за другим и считал, что так будет продолжаться вечно. Что я непобедим, - он усмехнулся.

- Что-то изменилось? – Алексей Александрович заботливо долил в его чашку чай, а дедушка подсыпал в тарелку изюма и двинул ее в направлении внука. Старики улыбнулись.

- Изменилось. Сегодня утром, когда я смотрел на себя в зеркало, то спросил: «Антон, человек, которого ты видишь в отражении, это именно тот, за кого ты себя выдаешь или кто-то другой?». Не знаю, почему я задал этот вопрос, но… Оказалось другой. Уставший, отчаявшийся, хвастливый человечек, которому приписывают гораздо больше, чем стоило бы, - взяв щепотку изюма, Антон отправил ее в рот и запил вишневым чаем, пытаясь одновременно собраться с мыслями. – В свои уже почти двадцать лет я не сделал ничего путного, ничего более-менее примечательного. Лишь только заявляю о своих планах. Привожу в восторг родителей, их друзей и соседских девушек, озвучивая свои честолюбивые замыслы, а за последний год не продвинулся ни на шаг в направлении их реализации.

- Так уж и не на шаг, - вскинул бровь деда Леша, - а до меня доходят слухи, что ты, словно Фигаро, успеваешь за всем.

- Делаю много, - согласился парень, - но только толку маловато. Суета, фейерверки, работа на публику. А реальных достижений, за которые чувствовал бы гордость перед собой, а не перед другими, не вижу. Рутина забирает почти все время, на вершины не остается сил. Я просто зарываюсь, путаюсь в паутине обыденного, вижу это, но ничего поделать не могу.

- Скажи мне, внук, - снова вмешался в разговор Сергей Викторович, - когда ты смотрел на себя сегодня утром, ты тоже верил в «то, что делает тебя сильнее»?

- Нет. Конечно, нет, - Антон вздохнул, пытаясь собраться с силами для возражений дедушке, - но нельзя всегда верить в себя, верить до одури, до самовосхищения. Иногда стоит взглянуть на себя со стороны взором критика. Иначе можно зайти слишком далеко. И слишком не туда.

Оба старика кивнули. Алексей Александрович улыбнулся.

- Верно, - дедушка внимательно посмотрел в глаза внуку, пытаясь подобрать точные слова, затем отвел взгляд, - два очень полезных навыка: «Зеркало» и «Вера в ложь». Они взаимно дополняют друг друга. Иногда нам стоит смотреть на себя одним из способов, иногда другим. Здесь нет ничего необычного. Учитывая, что единственно верную правду мы о себе все равно не узнаем, можно чередовать множество маленьких истин, в зависимости от того, что тебе необходимо в данный момент: взятие очередной вершины или корректировка с помощью обратной связи «туда ли я иду?». Я сам регулярно пользуюсь обеими методами. Но… ведь тебя что-то волнует? Ты слишком вовлечен в ситуацию эмоционально.

- Вовлечен. Дедушка, дед Алеша, объясните мне, почему вы всегда все успеваете, а я нет?

- Вот как! – усмехнулись старики. - Что значит «всегда все»?

- Ты, дедушка написал кучу книг, создал «Камелот», вы, Алексей Александрович, придумали тренинг продаж, написали по нему книгу, создали целую империю…

- Ну, тоже мне сказал: «Империю», - рассмеялся дед Алеша. - Туристическая фирма, четыре магазина, две фирмы оптовых продаж и предприятие по производству мебели для отдыха, только и всего.

- А я еще не создал ничего.

- Так я на сорок восемь лет тебя старше! – поразился старик и в удивлении развел руками. – Ты куда так спешишь?

- Я же знаю, - на глазах Антона внезапно выступили предательские слезы, - если я сейчас упущу время, потом это делать будет все проще и проще.

- Да ты не переживай, внучек, - Сергей Викторович потрепал Антошу за плечо, - у тебя все еще впереди.

- Не хочу впереди, - упрямо произнес Антон и насупился, - хочу сейчас. Если я не научусь управлять временем, я никогда ничего не достигну.

- Эк ты хватил! – снова удивился Алексей Александрович и покачал головой. – Управлять временем очень непросто.

- Так ты не пугал бы его понапрасну, а научил, - Сергей Викторович с шутливым укором посмотрел на друга.

- Научите, деда Леша, - присоединился к просьбе паренек и умоляюще посмотрел на него.

Старик усмехнулся. С высоты его опыта ситуация не выглядела так устрашающе, как это казалось Антону, просто усталость. Но и отмахнуться от просьбы, не ударив по самолюбию парня, он тоже не мог. В конце концов, он ничего не терял.

- Прежде всего, ты должен усвоить первое и, пожалуй, самое главное правило человека, который хочет управлять временем, - торжественно начал он и парень весь превратился в слух. – Управлять временем невозможно, можно управлять лишь собой.

- Вот тебе и научил, - от души рассмеялся Сергей Викторович, но Антон не ослабил внимания.

- Это главное правило. Закон, - продолжил старик немного помпезно. – Всегда помни о нем и тогда у тебя кое-что начнет получаться.

- Что, деда Леша, что я должен делать для того, чтобы научиться управлять… собой во времени?

- Когда-то, очень давно я видел по телевизору передачу о цирке, - внезапно сменил тон и тему разговора Алексей Александрович. – Рассказывали о дрессировке кошек. Вы знаете, - он повернул голову в сторону Сергея Викторовича, - что однажды, на одном из съездов дрессировщиков было единогласно принято мнение, что кошки дрессировке не поддаются.

- А как же…

- И прямо, или почти прям после съезда, со своей программой выступил наш знаменитый дрессировщик кошек Юрий Куклачев.

- Представляю какой эффект это произвело, - усмехнулся Антон.

- Произвело, - согласился Алексей Александрович. – Знаешь, как это ему удалось?

- Что?

- Дрессировка кошек.

- Нет.

- Он их не дрессировал, он помогал им делать то, что они хотели.

- Как?

- Этого я не знаю. Возможно, замечал у них склонности к какому-то определенному поведению, а затем приучал их так себя вести на сцене, только и всего, - он пожал плечами, - но это только мое предположение.

- Ясно.

- Научись воздействовать на время так, как это делал он с кошками. Косвенно.

За пределами чайного домика послышались легкие женские шаги и мужчины замолчали. Через пару секунд шаги достигли входа в помещение, и, пригнувшись, внутрь зашла Светлана Анатольевна, еще один друг и соратник дедушки Антона. Раньше юноша видел ее довольно часто. Она жила в паре остановок от дома Сергея Викторовича и потому была частым и желанным гостем в его доме. Очень интересная и необычная женщина. Потом, когда они с мужем купили себе домик где-то за городом, а эту квартиру оставили детям, она стала появляться гораздо реже. Антон видел ее последний раз года полтора назад. Странно, она почти не изменилась за это время, что для женщины ее возраста весьма удивительно. Может, природа действительно дает ей силы?

Присутствующие оживились.

- Здравствуйте, мальчики, - просто сказала она. Затем, грациозно миновав рассевшихся мужчин, подошла к самовару и заглянула внутрь него. - Так и есть: воду всю выпили. Сереженька, - она обернулась к деду Антона, - поможешь мне принести воды, я привезла трав.

- Конечно, Света.

Когда в помещении остались только Антон и Алексей Александрович, последний немедленно продолжил прерванный разговор.

- Главное, Тоша, уметь правильно расставить приоритеты. Если ты тратишь бесценные секунды не на то, что тебе сейчас действительно необходимо, а необдуманно, или, быть может, на навязанные другими дела, то попадаешь в цейтнот. Время – единственный необходимый нам ресурс, который невозможно пополнить. Во всяком случае, напрямую. Если ты не знаешь, куда его деть, обязательно найдутся люди, которые потратят его за тебя.

- Что значит «напрямую», деда Леша? – Антон жадно глотал слова, произнесенные Алексеем Александровичем, и ни на секунду не сводил с него редко мигающих глаз. – А не напрямую пополнить время можно?

- Не напрямую можно, - согласился тот.

- Как?

- Ну, как я тебе уже сказал, если ты не знаешь, куда деть свое время, обязательно найдутся люди, которые потратят его за тебя. В результате этого в течение одной часовой минуты у них окажется их две, которые они смогут использовать, а у тебя ни одной.

Антон совсем перестал мигать. В его голове зашумело, в глазах появились темные круги, а тело обмякло. «У него две минуты, а у тебя ни одной» - прозвучало в его мозгу и эхом разнеслось по телу. Видя, что его слова зацепили парня, Алексей Александрович сделал продолжительную паузу. Лишь когда взор парня начал проясняться, он продолжил.

- На свете есть немало людей, которым не нужно их время. Это факт и ничего с этим не поделаешь. Хочешь пополнить свои резервы, делай это за их счет. Польза будет взаимовыгодная. Ты станешь богаче, а их жизнь – интереснее. Заполни их время чем-нибудь стоящим, и они будут благодарны тебе до гроба, а ты растянешь свою минуту в тысячи раз. Чем не управление временем?

- Не знаю… - парня терзали сомнения. Привыкший думать об общей пользе, он даже не подозревал, что раздает свою жизнь. Но и забирать чужую жизнь он тоже пока был не готов. – Забирать чужое время…

- Не забирать, Антоша, не забирать - заполнять, - ласково поправил его Алексей Александрович. – Это, как в Библии «не оскудеет рука дающего», «отдай и вернется тебе сторицей», понимаешь? Не абы что отдай, а то, что им (и тебе) надо. Это и есть базовый навык лидера. Если цель твоя значительна, интересна и полезна людям, найдется большое количество народа, которое захочет разделить как радости, так и тяготы воплощения ее в жизнь. К тому же не только тебе могла придти в голову сия замечательная мысль. В результате вместо одной минуты у тебя может появиться сотни часов, - дедушка Леша сделал четко спланированную паузу. – Только представь Антоша, что в стандартных семидесяти, ты проживешь от девятисот до полутора миллионов лет.

Дыхание Антона сбилось, он почувствовал, что ему не хватает воздуха, и поэтому немедленно открыл рот. Алексей Александрович снова сделал паузу, давая парню в полной мере осознать сказанное. Спешить некуда. В этот момент в домик вернулись Светлана Анатольевна и дедушка с наполненным до краев самоваром. Стараясь не мешать разговору, они по-над стенкой прошли в конец комнаты и поставили воду кипятиться.

- Чуть не забыл, Антон, - добавил дед Алеша. - Времени у людей, которыми ты пользуешься, также становится больше. Они ведь тоже используют тебя. В этом и есть магия управления временем.

- Какие интересные темы вы обсуждаете, - улыбнулась Светлана Анатольевна и достала из пакетика какой-то душистой травы. Антоша посмотрел на нее непонимающим взглядом. Пожалуй, многовато информации для него сегодня.

Женщина достала все из того же пакетика несколько свечей и благовония и неторопливо зажгла их одну за другой. Только сейчас присутствующие заметили, что солнце уже село и довольно давно, а сумрак с большой скоростью сменяется ночной тьмой.

- Научиться управлять временем очень легко, - снова подключился к разговору Сергей Викторович. – Чему бы ты ни учился, Тоша, ты одновременно осваиваешь и это умение. Ведь посуди сам, когда ты только начинаешь работать над каким-нибудь навыком, то выполнение работы занимает… ну, допустим, час. Через полгода ты уже делаешь то же за двадцать минут, а значит если мерить время работой, то в одном часе у тебя их целых три. Ведь измеряют же время по расстоянию, которое проходит Земля вокруг Солнца, почему нельзя измерять его делами?

- Прибавь к этому одновременные процессы, - не отставал Алексей Александрович.

- Что?

- Когда в один и тот же момент ты выполняешь несколько работ.

- Это как?

- Едешь в транспорте и при этом читаешь книгу, тренируешь зрение и развиваешь скорочтение. Все это наделяет тебя неисчерпаемым запасом времени, Антон. Поистине неограниченным.

- Вот. Это. Да, - в шоке от услышанного отчеканил Антон и медленно обвел присутствующих взглядом.

- Ты только не рвись им управлять. Временем-то, - с улыбкой добавила Светлана Анатольевна к сказанному мужчинами. – Оно, словно тень. Бегаешь за ним, а оно от тебя. Чем быстрее бежишь, тем быстрее измотаешься, только и всего. Чтобы коснуться тени, не нужно носиться, как угорелый, достаточно просто слегка наклониться или присесть. Она вся принадлежит тебе, спешить некуда. Как говорится, времени для этого у тебя предостаточно.

Вот оно что! Вот оно, думал про себя Антон, сидя на полу и в восторге рассматривая стариков. А ему все было непонятно, почему в их присутствии, он всегда ощущал такую безмятежность, такую гармонию и мудрость, витающую в самом воздухе. Глупый, а как же иначе? Иначе и быть не могло. Ведь каждому из них было по несколько миллионов лет! Есть откуда взяться мудрости.

- А вот и чай поспел, - легко пропела Светлана Анатольевна и улыбнулась мужчинам.

мужской психолог
Дмитрий Трефилов
Теги: художественное, успех, время
Смотрите также:
Комментарии
glemar
Время это слово не более,очередная дурилка ума
для человека,и человек на это покупается. Сам ум иллюзия.
О концепции можно говорить бесконечно, но принимать
серьезно никогда.
№1 | 12.06.2012
Чтобы оставить комментарий, Вам нужно войти войти в мужской дом или зарегистрироваться тут.
Войти через:ВконтактеFacebook
наверх
вниз